Новости

Инвалидации чувств.

Вячеслав
30 Авг 2019

Меня всегда очень развлекает всегда такая милая штука. Очередная психически неуравновешенная мамаша ищет в группах психолога для своего 2-3-4 летнего ребенка!Сотня коллег бросаются рекламировать себя со всеми регалиями и направлениями(работаю по скайпу, ) ,все просто готовы спасти 2-3-4 летнее чудо .Не понимая простую вещь -там ,у ребенка, есть психически не адекватные родители (реже бабушки ,тети и прочая нечисть ).И работать надо с ними .Если получится вставить на место мозг родителям ,то откорректировать поведение ребенка (обычно и уже не надо )-мелочь .

Откуда берутся несчастливые и не очень приспособленные к жизни взрослые? Они берутся из несчастливых детей. Этих детей не запирали в тёмном чулане и даже не грозились отдать милиционеру. С ними обходились менее кровавым образом — таким, в котором множество семей не видит ничего ужасного.

Речь идёт о хронической инвалидации чувств. 

Это выражение принадлежит Марше Лайнен, специалисту по пограничному расстройству личности. Инвалидация — это обесценивание. Обесценивая чьи-то чувства, мы говорим — какая ерунда, не делай из мухи слона. Разумеется, мы не имеем никакого права измерять ценность чужих чувств, но речь сейчас не только об этом. 

При инвалидации, которая бьёт по детской психике, чувства, мысли, желания и потребности ребёнка маркируются как неадекватные. Если эта практика является в семье постоянной, у маленького человека нет шансов вырасти без ощущения, что с ним что-то глобально не так. 

Как именно это происходит? Посмотрим на примерах. 

— Ты что такой унылый сидишь? Не хочешь с бабушкой оставаться? 
— Угу. 
— Интересно, с чего бы? Это, между прочим, твой родной человек, и тебе следует! его любить. Чтобы я больше не видела такой кислой физиономии! 

— Какой подарок хочешь на день рожденья? 
— Куклу. 
— Нет, ну это нормально? У тебя их штук тридцать уже. Ты что-нибудь другое! можешь захотеть? 

— Я не хочу сидеть с сестрой. Она меня уже достала. 
— И это я слышу от взрослой девочки? Стыдно! жаловаться на маленьких! 

Казалось бы, обычные диалоги — из тех, которыми наполнено почти каждое детство.

Во-первых, в каждом ребёнок искренне сообщает о том, что с ним происходит. 
Во-вторых, он получает в ответ прямое указание на недопустимость ,неправильность ,своих переживаний. 
В-третьих, его информируют, что именно ему следует испытывать или хотеть. Ты должен хотеть что тебе скажут!

Авторитетный взрослый транслирует ребёнку, что его эмоции глупость и верить им нельзя. Более того, его внутренняя эмоциональная жизнь должна быть принципиально другой , если он хочет остаться для родителей хорошим. И это послание настолько иезуитское, что оспорить его невозможно. Ребёнок может умирать от стыда, приходить в отчаяние или негодовать, но сказать “оставь мои чувства в покое” у него точно не выйдет. Более того, он откажется от чего угодно своего, лишь бы не утратить расположение взрослого.

Каждый человек вправе чувствовать, хотеть, нуждаться и мечтать о том, о чем мечтается, чувствуется, хочется и нуждается.
Это закон здорового функционирования психики .

Нет плохих чувств, нет неправильных желаний, нет идиотских фантазий. Каждая из них есть отражение нашей уникальной природы. Каждый раз, когда мы вешаем на неё ярлык “глупо”, “стыдно”, “отменить”, мы отрезаем и выкидываем кусок себя. 

Один из самых частых запросов к психологу — научите меня себя любить. И правда, трудно полюбить то, чего нету (а то, что есть — всё плохое, просто руки не дошли выкинуть). Но в ходе терапии, когда впервые дается право на прислушивание к тому, что чудом уцелело, запрос начинает звучать иначе. Кто вообще я? Чего я хочу? Есть ли во мне что-то стоящее? Как научиться себя чувствовать? Можно ли на себя полагаться? 

Но ни один из этих вопросов бы не возник, если бы детские чувства не подвергались инвалидации. Умение слышать себя и себе доверять встроено от рождения. Если его не прибить заботливой родительской кувалдой, оно никуда не денется — разовьётся и окрепнет. Природа мудра. 

Родители же, как всегда, хотят самого лучшего. Не доверяя себе, они с тем же недоверием лупят наотмашь по детской душе. 

Женщина, страдающая хронической депрессией, вспоминает, как однажды во время семейного ужина ей позвонил мальчик, чьего звонка она очень ждала. Она вспорхнула из-за стола, не в силах сдержать радости, и услышала отцовское в спину: “Вот так ты должна радоваться всякий раз, когда я велю тебе что-то сделать”. 

Как вам заход? Даже не “выполнять мои требования — беспрекословно и немедленно”, а взмывать в ответ от счастья. 

Она слышала это потрясающее послание не раз и не два. По её словам, ей казалось, что отец пытается внедриться в её мозг и его перепрошить. Это было невыносимо, почти физически. И в какой-то момент, уже ближе к пубертату, она сделала для себя неосознанный, но во многом определяющий вывод: радоваться не следует. Если твоей радостью пытаются управлять — значит, пусть её просто больше не будет. 

Чужие чувства и потребности трогать нельзя. Особенно детские. Иначе вместе с ними можно разворотить нормальный сценарий будущей жизни. Мы можем сердиться на поступки, можем просить иначе себя вести, но чувства — неприкасаемы.

Вот список особенностей, характерный для тех, кого в детстве таки “образумили”:

— Огромные трудности с принятием решений, потребность постоянно искать совета, переспрашивать, уточнять; 
— Непонимание, хорошо тебе или плохо — особенно в области отношений; 
— Страх предъявлять свои чувства, который может скрываться либо за маской вечного позитива, либо за отрицанием очевидного (“нет, я не злюсь, тебе показалось”, произнесённое сквозь зубы и со сжатыми кулаками); 
— Склонность к пассивно-агрессивному поведению (“догадайся сам, что мне нужно”); 
— Частые сомнения в себе, подозрения в том, что устроен ненормально, неправильно; 
— Привычка подменять непосредственное проживание эмоций размышлениями (“наверное, мне следует сейчас порадоваться”); 
— Ощущение внутренней пустоты, сложности в ответе на вопросы “кто я?”, “какой я?”; 
— Страх разоблачения (“если другие увидят, какой я на самом деле, от меня отвернутся”); 
— Готовность к подменам (хочешь, чтобы любили — ищешь секса на одну ночь, мечтаешь о детях, но с лёгкостью соглашаешься с бойфрендом, что стоит “жить для себя”); 
— Трудности с планированием и постановкой целей. 

Чувства можно разморозить и присвоить. Это нормальная психотерапевтическая работа, в ходе которой психолог создаёт возможность соприкасаться со своим внутренним опытом без стыда и угрозы наказания. Другими словами, он, как достаточно хороший родитель, возвращает чувствам их ценность, потребностям — право быть, а тебе — себя.

комментария 3 Добавить комментарий

  • Прекрасная статья! Не помню, как меня в детстве «образумивали», но из описанных особенностей почти все практически были мне присущи до встречи с Вами и своего рода «погружением» в психологию через беседы, статьи и книги. И та дорога была такая длинная, оказывается.
    И до сих пор задаюсь вопросом: почему люди так стараются изменить кого то, а не себя? Почему думают, что это истинно правильно и достижимо?

  • К сожалению ,люди ведут себя как их научили .Когда становятся родителями ,то забывают что было не так и что они бы хотели бы изменить в своем детстве.Проще так чем научиться новому поведению и научить своих детей .Пытаться менять кого то проще и выгоднее -есть повод для конфликта и есть повод почувствовать себя самыми умными и совершенными ,забить внутри голос своей убогости .

  • да, становясь родителями, мы не помним, каково нам было в детстве и что нам хотелось чтобы было по-другому. Чаще всего мы и не знаем что и как делать, чтобы было по-другому. И по-другому — это как? Из книг, из мировой литературы, если не лениться, добываются эти ответы, я думаю.
    Что значит «забить внутри голос своей убогости»?

Задайте мне вопрос