Брачные узы

#БРАК С ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫМ (20 лет изнасилования )

Вячеслав
17 Апр 2017

Глазами женщины .

Согласно статистике, в России ежегодно 12 тысяч женщин гибнут от рук своих мужей. В Украине таких подсчетов никто не ведет.

Далеко не каждая семейная драма завершается цивилизованно и мирно для всех. А когда страдания ребенка из-за расторжения брака родителей приобретают гипертрофированные формы? А когда влияние одного из родителей настолько травмирует психику ребенка, что медики уже не видят смысла в лечении пациентки, пока остаются прежними ее «бытовые условия»?

Семилетняя девочка оказалась в «плену» отношений своих родителей. У каждого из них ребенок живет по неделе. Возможно, в подобном паритете нет ничего страшного, но в данном случае он выливается в катастрофические последствия для ее психики.

Мать вышла замуж, будучи студенткой-первокурсницей. С детства ее воспитывали очень строго, не позволяя многое из того, что было позволено сверстницам. Она даже на дискотеки не ходила. Поступив в пединститут, практически сразу познакомилась с ним. Он ходил по пятам. Один раз его пожалела. И забеременела.

Жили обычно – были и праздники и ссоры — как у всех. На тот момент она думала, что так у всех… Чтобы человек ни сделал, нет причин набирать в ванную воду и погружать в нее жену вниз головой, нет причин опускать вниз головой с центрального моста, угрожая отпустить в реку, нет причин пугать тем, что толкнешь под трамвай.

В первый раз муж показал свою силу через год бракосочетания. Тогда они еще жили в общежитии. Потерялась ее тетрадь и она долго ее искала, за что «заработала» синяк под глазом. Внезапно приехал свекор. Ей было настолько неудобно перед ним, что два часа пролежала на боку, «синим» глазом к стене, пока он не уехал. Тогда она подписала себе приговор: промолчала тогда, а потом молчала десятилетиями. Может быть, если бы она повернулась к свекру лицом, все обернулось иначе.

Слушаешь такое и буквально чувствуешь, как волосы встают «дыбом». Когда она была совсем молодой, муж как-то вызвал психиатрическую бригаду. Медики думали, что будет бушевать, а она протянула руки, чтобы их связали. И врач потом сказала: «Почему ты с ним живешь?» Когда забеременела во второй раз, муж сказал, что хочет его «привязать», поэтому сделала аборт. Прошло время, и в 33 года была третья беременность. Муж очень хотел ребенка, сам вывез за город, на чистый воздух. Жили они в небольшом кемпинге на берегу живописной реки.

«Павел не принимает алкоголя, но в тот вечер выпил. А за 40 дней до этого у меня умерла бабушка. Вспомнила о ней, прослезилась, заплакала… Он увидел и стал кричать. Когда я убежала в лес, муж стал орать: «Выходи, иначе будет хреново». А как вышла, Паша связал мне руки, запихнул в рот свои грязные носки и увез к родителям в райцентр».

После этого инцидента она почти готова была на развод и аборт… Не сделала ни того, ни другого. «Мне приснилась бабушка, которая сказала, что у меня еще будет самый близкий человек. Проснувшись, решила оставить ребенка. Если учесть, что меня воспитывали на том, что семейные устои несокрушимы, расторгнуть брак в такой ситуации я не могла. К тому же не работала, была закомплексованным человеком. Сейчас я совершенно иная», — отмечает женщина.

Рождение второй дочери круто изменило мировоззрение женщины. «Все 22 года нашей совместной жизни родные мужа воспринимали меня, как истеричного человека. Да и я сама о себе была такого мнения, думала, что плохо иду на контакт с людьми. Только сейчас я поняла, что могу договориться со всеми, кроме своего мужа. Мы – очень разные люди. Он любитель антуража, того, что можно показать другим, а элементарное может делать неделю, месяц… На шестой день после рождения Светы я стала неким переговорщиком, причем, довольно успешным», — поясняет она.

Последний клин в их отношения «вбил» раздел бизнеса. Компаньон мужа якобы давно намеревался «отделиться», но открыто заявил об этом, когда она родила. Поскольку они не разговаривали, все детали раздела передавали через женщину. После этого у мужа началась затяжная депрессия – он внезапно уезжает к своим родителям.

«Чтобы его вернуть, я собрала всех друзей, и мы вшестером рассказывали ему, какой он хороший. А потом я почуть-чуть стала втягиваться в работу. Поняла, что работать он не будет… Дочке только исполнилось два месяца, как я взялась за изучение техники, которую мы продаем. Я поняла, что если мы оба будем лежать в постели до обеда, то бизнес остановится. Теперь он меня упрекает, что я не занималась ребенком. А, по сути, я разрывалась между работой, городской квартирой и родительским домом в райцентре, куда я отвезла младшенькую», — уточняет женщина.

Вскоре ее родители продали дом и, добавив имеющиеся сбережения, она покупает жилье в пригороде. Там жили младшая дочь, родители и ее супруг, а она сама приезжала после работы и каждый вечер возвращалась в город, чтобы утром быть в офисе. Женщина уверяет, что в течение последующих 5 лет муж твердо верил, что бизнес может самостоятельно функционировать, поэтому сам занимался лишь тем, что ему интересно – от рыбалки до походов в кинологический клуб.

Муж с дочерью могли спать до обеда, потом мультики смотреть… «Как-то он заявил, что хочет семью, и я должна «лежать рядом». Причем, подал это в форме «я сказал», т. е., обсуждению это не подлежало. Наверное, к тому времени я уже «выросла» из того возраста, когда в такой форме мне можно было приказать. Да и уже понимала, что общего языка мы не найдем», — поясняет она.

Очередная ссора супругов была связана с 1 сентября, когда их младшая дочь пошла в первый класс. Мужу не понравился подарок ребенку от Лунтика, и он бросил в жену обручальное кольцо. Затем внезапно уехал, а через несколько дней позвонил и сказал, что в Почаевской лавре. Через две недели вернулся, попросил прощения, но уже спустя 2-3 дня супруги вновь поссорились.

«Это неудивительно. Случайно я прочитала запись в его дневнике: «Я ее сломаю, уничтожу, потом она будет ползти на коленях, и тогда я смогу простить». Не знаю, много ли мужчин хотят вернуть женщин таким способом», — уточняет женщина.

На развод подал он. «Как он сам потом объяснял, этим, дескать, хотел сберечь семью. Мне давали последний шанс. А я его, видите ли, не оценила! В июне прошлого года брак расторгли, судья даже три месяца на раздумья не дал. Мои родители ему уже никто, но бывший муж живет с ними в одном доме», — продолжает женщина, отмечая, что несколько раз он «уходил», а через пару дней возвращался. Но проблема не в этом, а в младшей дочери. Старшая девочка учится в Киеве и, насколько это возможно, дистанцировалась от семейных неурядиц.

«Для младшей развод родителей – это не формальность. Конечно, отец всегда уделял ей внимание, но преимущественно делал ставку на подвижные игры. Теперь он ходит в церковь, но сам не может объяснить, что такое вера. И при этом у него стойкое убеждение, что девочке сызмальства нужно посещать все службы и заниматься боевыми искусствами. И главное, еще летом я поняла, что он учит ребенка тому, что нельзя всего говорить маме», — отмечает она, акцентируя внимание на то, что подобная «избирательность» негативно отразилась на психике ребенка. Девочке оказалось слишком сложно понять, что плохо, а что хорошо…

«Осенью он исчез на 2,5 месяца, а затем внезапно проявил интерес к 7-летнему ребенку, причем, опять же сам установил, что младшая дочь должна одну неделю жить с ним, одну – со мной. Причем, когда девочка с отцом, он не разрешает ей даже по телефону со мной разговаривать, не дает мне заниматься с дочерью английским.

При этом он по вечерам читает ей Евангелие. Закончили читать на украинском языке, теперь читает ей на русском. С одной стороны это хорошо, но с другой – ребенку нужно объяснять то, что читаешь… Я спрашивала у дочери, что она поняла. Ничего сказать не может! При этом с тех пор ей стало тяжело заниматься в школе. Даже дома она плохо воспринимает материал, хотя я стараюсь «на пальцах» все объяснять. Ребенок не может сконцентрироваться.

Она любит нас обоих, и чувствует себя виноватой передо мной. Причем, это чувство вины явно обострено. Кроме того, когда девочка со мной, она полагает, что является моей «собственностью», значит, «играет на моем поле». И еще по-детски все утрирует», — сетует мать.

Дополнить «картину» семейных перипетий можно разве что обоюдными заявлениями в милицию. И жена, и муж обращались в райотдел по поводу нанесения легких телесных повреждений. Но больше женщину беспокоит психологическое насилие над ребенком.

«Дочь стала очень нервозной, рвет пуговицы на одежде. Мы проходили сеансы у психотерапевта и психолога. Врачи сказали, что ее тревожное состояние связано с ситуацией в семье. Сейчас с ней бесполезно работать — только когда ситуация нормализуется. Когда это произойдет – не знаю, а ребенка можно «потерять», — с горечью констатирует мать.

Она пыталась водить девочку к дельфинам, пони. Бесполезно. Женщина объясняет, что только суд может поставить «точку» во многих вопросах, но процесс, судя по всему, затянется на годы. У пары есть не только несовершеннолетняя дочь, но еще и недвижимость, совместный бизнес, которые нужно делить. Им предлагают договориться, но пока это не получается. А время идет, прежде всего, для девочки…

Что по этому поводу думает отец ребенка? Судя по словам матери, он придерживается диаметрально противоположного мнения. Может быть. В любом случае, кто из них прав, значения не имеет, когда на кону здоровье 7-летней девочки.

С точки зрения психотерапевта, в данном случае имеет место жизнь с человеком с психическими отклонениями. Обычно общество таких людей считает немного странными…

В молодом возрасте психические болезни не так бросаются в глаза, а если и бросаются, то на них не обращают внимания. Чудеса происходят потом, когда выясняется, что родители жениха не все сказали о нем.

Дискомфорт появляется с первых дней совместной жизни. «Рассказами» о том, что «ты – убогая, страшная», самооценка жены доводится до «уровня пола», появляется глубокое чувство вины за то, что она вообще живет на этом свете. Следующим этапом могут быть или приступы немотивированной агрессии, или побои со словами о том, что «я не хотел тебя избивать, но ты сама виновата». Надо было «правильно мне улыбнуться». Такие люди контролируют все — от макияжа, телефона до нижнего белья. Только «он» знает, как правильно.ра

Достаточно редко и то через много лет, женщина начинает задумываться. И приходит к выводу, что разводиться стыдно: что скажут люди, надо терпеть, муж все-таки, у детей должен быть отец… Если женщина все-таки совершает подвиг и разводится, то, как в данном случае, наступает иная фаза — преследование, угрозы, шантаж, физическое насилие.

Именно в такой ситуации оказалась женщина. Все это происходит под видом очень благородных побуждений о сохранении семьи и воспитании дочери. На самом же деле происходит моральное убийство психики ребенка и психики женщины, а также ее родителей.

Кроме физического насилия, существует более изощренный и продолжительный вид — психологическое насилие, последствия которого более тяжелые. И сколько лет понадобится на лечение девочки и восстановление психики женщины сегодня никто не спрогнозирует.

Этот развод длиться больше 4 лет ,точки еще нет .

Задайте мне вопрос